Андрей Караулов (karaulovlife) wrote,
Андрей Караулов
karaulovlife

Categories:

Академик Никепелов о коронавирусе и мировых финансово-экономических кризисах



В скором времени, на YouTube-канале Андрея Караулова будет выложено интервью с директором Московской школы экономики МГУ имени М.В. Ломоносова, академиком РАН, профессором Александром Дмитриевичем Никепеловым, в котором он расскажет об экономической ситуации, сложившейся в нашей стране и во всем мире. А сегодня мы публикуем интервью, которое он дал еженедельнику «Звезда».

«Перемены на рынке ценных бумаг привели к перемещению центра тяжести кризисов из реальной экономики в финансовый сектор»

- Александр Дмитриевич, западные экономисты насчитали четыре мировых финансово-экономических кризиса за последние 50 лет. Этот четвёртый. И его не предсказывал только ленивый. Ждали войны США с Ираном, за которой последует падение цен на нефть и разразится кризис. А грянул коронавирус… Коронавирус и кризис экономики - случайное или не случайное совпадение?

- По этому поводу идут многочисленные дискуссии. Я не чувствую себя вправе в них участвовать, поскольку не обладаю ни данными, ни знаниями, которые позволили бы мне с той или иной степенью уверенности утверждать что-то в этом отношении.

Очевидно, что история с коронавирусом впервые открыла совершенно новую и неожиданную взаимозависимость экономики теперь уже с биологией, с неклеточной формой жизни.

Меня, как экономиста, интересуют не столько особенности этого вируса, сколько возникающие в связи с его распространением экономические риски - обрыв хозяйственных связей, остановка одних отраслей и резкое свёртывание активности других, пертурбации на финансовых рынках.

Как долго это продлится? Насколько глубоким окажется кризис и в какой степени деградируют мировые экономические отношения? Ведь в современном мире, характеризующемся тесной взаимосвязанностью национальных экономик, такие процессы неизбежно приводят к болезненной реструктуризации всей системы интересов и, как следствие, к многочисленным конфликтам.

У меня сохраняется надежда на то, что ещё удастся избежать всеобъемлющего, планетарного экономического кризиса. Но это возможно только в том случае, если достаточно быстро удастся справиться с пандемией, с одной стороны, а с другой, если ответ на возникающие экономические вызовы основных игроков (в том числе и нашей страны) окажется адекватным сложившейся ситуации.

- А если не коронавирус, кризис всё равно разразился бы?

- Многие эксперты давали положительный ответ на этот вопрос. Мне же казалось, что 100-процентных оснований для таких пессимистичных заключений не было: многие проблемы поддавались решению за счёт разумной, не конфликтной по отношению к партнёрам экономической политики. Коронавирус, несомненно, внёс очень серьёзные коррективы и может при неблагоприятном развитии событий стать спусковым крючком тяжелейшего экономического кризиса.

«Люди сочиняют себе всё более сложные, безупречные с математической точки зрения, финансовые конструкции»

- Экономический прогноз в мировом масштабе весьма тревожный. Можно ли считать этот кризис глобальным, каковы его причины и возможные следствия? Как он проявляется?

- Одна из важнейших особенностей современной экономики заключается в резком возрастании роли процессов, протекающих в финансовой сфере. Эта же особенность связана с возможностью мгновенной переброски громадных средств в любую точку земного шара, возникшей в результате фантастического прогресса в сфере коммуникационно-информационных технологий. Сегодня в Бразилию, завтра в Южную Корею, послезавтра в Нигерию... Разумеется, масштабные трансграничные перетоки капитала, непредсказуемо быстро меняющие своё направление, происходят не из любви финансовых инвесторов к самому процессу, а из появившейся у них возможности зарабатывать на малейших несовпадениях в отдаче капитала на различных финансовых рынках. Образно говоря, современные технологии позволили им играть на третьем или даже пятом знаке после запятой у показателей, характеризующих величину процентной ставки.

Глобализация финансовых рынков породила два важнейших вызова для современной экономической системы.

Первый связан с тем, что спорадическое перемещение громадных денежных средств через национальные границы является источником сильных шоков для национальных финансовых систем. В первую очередь, они проявляются в резких колебаниях валютных курсов. Неустойчивость последних может крайне осложнять положение фирм, принадлежащих к реальному сектору экономики: ведь они должны принимать многие решения, обоснованность которых прямо зависит от величины обменного курса.

Второй вызов является следствием того, что финансовые рынки зачастую дают экономическим агентам ложную информацию о реальном положении дел в экономике: об этом свидетельствует их склонность служить площадкой для раздувания многочисленных финансовых пузырей.

Такое положение дел связано с тем, что в основе сигналов, которые дают эти рынки и на которые ориентируются финансовые инвесторы, сплошь и рядом лежат не «рациональные ожидания» экономических агентов, а их страсти, сомнения или даже фобии. Неслучайно видный американский экономист Джеймс К. Гэлбрейт, касаясь на одной из конференций вопроса о причинах глобального финансово-экономического кризиса 2007-2009 гг., полушутя-полусерьёзно свёл их к использованию на Уолл-Стрит сложнейших финансовых инструментов, разработанных китайскими и российскими математиками. Эти конструкции не были ошибочными в математическом смысле; их порок был в другом - разработчики исходили из того, что порождаемая финансовыми рынками информация адекватно отражает реальное положение дел в экономике.

Новая роль финансовой сферы, объём сделок в рамках которой на порядки превосходит сделки в реальном секторе экономики, проявляется и в том, что сегодня именно эта сфера всё чаще становится источником кризисов. Достаточно вспомнить пришедший из юго-восточной Азии кризис 1997-1998 гг. (для России он закончился печально знаменитым дефолтом), а также уже упоминавшийся мировой финансово-экономический кризис 2007-2009 гг.

Конечно, сегодняшняя ситуация характеризуется заметной спецификой. Вспышка коронавирусной инфекции в Китае первоначально привела к разрыву многих международных производственных связей, кардинально изменила положение дел на рынке энергоносителей. Но она тут же сказалась на состоянии мировых финансовых рынков - свидетельством тому являются обвалы капитализации ведущих фондовых площадок, резкое изменение валютных курсов и повышение их волатильности. Опасность в том, что именно финансовая сфера может сыграть решающую роль в дальнейшем развитии неблагоприятных тенденций и трансформации их в новый глобальный финансово-экономический кризис.

- А как под этим углом зрения выглядят страсти по нефти?..

- В том, что цена нефти упала значительно ниже самого низкого уровня времён кризиса 2007-2009 гг., проявились и действия тех факторов, о которых я только что говорил, и особенности самого нефтяного рынка.

Во-первых, подтвердилась колоссальная роль, которую играет экономика Китая на рынке нефти. Экономические сбои, вызванные необходимостью сконцентрироваться на преодолении эпидемии, привели к значительному сокращению спроса Китая на нефть. Поскольку спрос Поднебесной на энергоносители составляет существенную часть мирового спроса, постольку началось быстрое снижение цены на нефть на глобальном рынке.

Во-вторых, сказался тот факт, что нефть уже давно наряду со своими обычными функциями энергоносителя и сырья для химической промышленности играет роль финансового актива. В условиях начавшегося падения нефтяных цен финансовые спекулянты стали занимать «короткую позицию», то есть играть на дальнейшее понижение цен. Цены фьючерсов на нефть упали, а это не могло не ускорить падения и текущих цен.

Наконец, в-третьих, в условиях олигополистического характера мирового нефтяного рынка огромное значение приобретала та позиция, которую займут ключевые производители. Срыв нового соглашения, главными участниками которого являются ОПЕК и Россия, существенно усугубил ситуацию. Ведутся дискуссии по поводу того, чем руководствовалась Саудовская Аравия, принимая решение о масштабном наращивании добычи в период падающих цен, - стремлением поднять свою долю на рынке, вытеснить американскую сланцевую нефть или нанести, здесь уже по сговору с американцами, сильный удар по экономике России. Как бы то ни было, возникла характерная для олигополистических рынков сложная игровая ситуация, характеризующаяся высокой степенью неопределённости как тех шагов, которые будут делать в будущем «основные игроки», так и, соответственно, их результатов.

- Александр Дмитриевич, согласитесь, что всё же нынешний кризис не затронул основ самой системы, рыночная экономика остаётся рыночной. Пока. На каком пороге мы стоим?

- Рыночная экономика остаётся рыночной. Это правда. Но внутри неё происходят непрерывные подвижки. О кардинально изменившейся роли финансового сектора экономики я уже говорил. Первоначально она обеспечивала, главным образом, перераспределение при помощи кредита ресурсов от тех экономических агентов, у которых они временно являлись избыточными, к тем, кто готов их эффективно применить. С появлением и развитием рынка ценных бумаг ситуация стала меняться. Соответствующие рынки стали также парадоксальным образом широко использоваться для достижения, казалось бы, противоположных целей: и как сфера спекулятивных операций, основанных на стремлении «сорвать крупный куш», и как инструмент страхования от рисков.

Происходящие изменения не всегда удаётся должным образом оценить даже «высоким профессионалам». Так, за несколько лет до мирового финансово-экономического кризиса 2007-2009 гг. известный американский экономист, нобелевский лауреат Роберт Лукас заявил, что вся эпоха кризисов осталась позади, поскольку экономическая наука разработала инструментарий, необходимый для их предотвращения.

Увы, жизнь показала, что с определённой долей уверенности можно говорить о том, что сегодня не играют прежней роли лишь классические десятилетние циклы деловой активности. В то же время в фокусе внимания оказались, наряду с финансовыми кризисами, долгосрочные циклы Кондратьева, связанные с переходом от одних технологических укладов к другим.

«Самое страшное - это сомнения в эффективности системы»

- Всемирная организация здравоохранения объявила эпидемию коронавируса угрозой всемирного значения. Международный валютный фонд признал, что эпидемия влияет на всю глобальную экономику. Началась паника. Симптомы кризиса нарастают: двойной шок спроса и предложения, пустые прилавки европейских магазинов, падение курсов акций на мировых биржах, рост цен на золото и падение цен на нефть, санкции, переходящие в торговые войны. Страны изолируются, страны закрывают свои границы… С чем, на ваш взгляд, связан этот «индекс страха»?

- Многое, конечно, можно объяснить форс-мажором. Никто, и уж тем более экономисты, не мог предусмотреть заранее коронавирусной пандемии и её последствий. В этом смысле большие издержки, связанные с таким развитием событий, были неизбежны. Понятно также, что рано или поздно пандемия сойдёт на нет, а вслед за этим заполнятся прилавки магазинов, возобновится туризм, начнут восстанавливаться многие из оборванных сегодня хозяйственных связей. Однако мир, по всей видимости, уже не будет таким, каким он был до осени 2019 года.

И главная проблема здесь в том, что тяжёлые последствия, вызванные распространением коронавирусной инфекции, со всей очевидностью выявили обратную сторону процесса экономической глобализации, построенной на либеральной идеологии.

В сущности, прозвучал «второй звонок», привлекающий внимание человечества к высокой степени уязвимости от разного рода шоков мировой хозяйственной системы, сформировавшейся в течение последних десятилетий.

- А был первый?

- Первым предупреждением стал мировой финансово-экономический кризис 2007-2009 гг. Тогда была подорвана господствовавшая многие годы уверенность в том, что дерегулирование финансовой сферы приносит человечеству одни только выгоды. «Второй звонок» очевидным образом продемонстрировал низкую эффективность в форс-мажорных обстоятельствах рыночного механизма, не подкреплённого развитой системой глобального регулирования.

Выводы, которые будет делать человечество по итогам «коронавирусной эпопеи», отнюдь не сведутся к увеличению ассигнований на исследования в области биологии и генетики, а также на совершенствование санитарной службы и медицины в целом. Невозможность - в силу больших различий в национально-государственных интересах, - быстрого выстраивания адекватной системы глобального управления над либерализованной системой трансграничных экономических отношений делает, на мой взгляд, более чем вероятной перспективу известного «отката» в процессе глобализации.

Скорее всего, произойдёт усиление национального регулирования различных сфер международных экономических отношений, а также усилится тенденция к замещению универсальных экономических связей региональными.

Продолжение в источнике

Источник: http://karaulovlife.ru/news/akademik-nikepelov-o-koronaviruse-i-mirovyh-finansovo/10023

Tags: Кризис
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments